Правители Африки: XXI век

2012-2014: Мануэл Серифу Ньямаджу

Президент Гвинеи-Бисау (11.V.2012-23.VI.2014)

Мануэл Серифу Ньямаджу
Полное имя Мануэл Серифу Ньямаджу

Manuel Serifo Nhamadjo

Родился 25.III.1958, Бисау, Заморская провинция Гвинея
Умер Нет
Президент переходного периода 11.V.2012-23.VI.2014
Этнос  Фула
Вероисповедание Мусульманин

Ньямаджу — слабый президент переходного периода, зависимый от военных и с трудом организовавший президентские выборы.

Мануэл Серифу Ньямаджу получил образование в Лиссабоне по специальности бухгалтерское дело. После того, как Гвинея-Бисау свернула на капиталистические рельсы, он открыл одну из первых в стране строительных фирм. Будучи избран депутатом Национальной Ассамблеи в 1994 году от PAIGC, Ньямаджу переизбирался много раз, сделав карьеру в парламенте: в 2008-2009 годах он был его председателем.

Когда в январе 2012 года умер президент Санья и тогдашний председатель парламента Перейра стал временным президентом, Ньямаджу, в качестве исполняющего обязанности, снова стал председательствовать в Национальной Ассамблее. Очевидно, он имел собственные амбиции в преддверии президентских выборов, и, несмотря на долгую карьеру в PAIGC, решил бросить своей партии вызов, когда в качестве официального кандидата партия выдвинула премьер-министра Гомиша Жуниора – не через тайное голосование, а через аккламацию. «Способ [выдвижения кандидата от партии] не был ни честным, ни прозрачным», — заявил тогда Ньямаджу, — «поэтому я решил предложить себя напрямую гвинейскому народу, чтобы он сказал, кто будет наилучшим президентом для страны». Он выставил свою кандидатуру на президентских выборах 2012 года в качестве независимого кандидата.

Возможно, Ньямаджу хотел разыграть «мусульманскую» карту, так как в стране, где почти половина населения исповедовала ислам, доселе были только один президент-мусульманин – собственно, скончавшийся Санья. По крайней мере, необходимость участия в выборах 2012 года сам кандидат преподносил как сохранение «преемственности» скончавшегося президента-мусульманина. Многими это было воспринято как «преемственность нахождения мусульманина» на президентском посту. Поэтому в первом туре выборов 2012 года Ньямаджу занял третье место с 16% голосов, сильно уступив Гомишу Жуниору и Мохаммеду Яле Эмбалу, соответственно, не пройдя во второй тур и потеряв шансы на избрание.

Он так и остался малоизвестным политиком для большинства жителей страны. Ничем не выделяющийся, скромный, даже стеснительный, Ньямаджу был знаком только футбольным фанатам, потому что был президентом местных клубов – Бенфики Бисау и Депортиву Мансаба, а также продолжал занимать кресло главы федерации футбола Гвинеи-Бисау.

Однако судьба распорядилась так, что Ньямаджу всё же попал в президентское кресло. Вскоре после военного переворота, 20 апреля 2012 года, путчисты предложили ему пост главы государства. Ньямаджу был очевидным выбором: до выборов он занимал пост главы парламента и, к тому же, был третьим кандидатом по числу набранных голосов. Однако он поначалу отклонил предложение, исходя из незаконности военного переворота. В ходе дальнейшего обсуждения кандидатур с участием политических сил и представителей ECOWAS его кандидатура возникла снова, и в этот раз он дал своё согласие. Он понимал, что в этот раз уже не будет выглядеть пособником хунты.

Задачи, стоявшие перед правительством Ньямаджу, были сложнее, нежели просто подготовка и проведение выборов. Армия, почувствовавшая свою силу и разгромившая гражданскую оппозицию в лице Гомиша Жуниора, теперь увязла во внутренних конфликтах, что, в любом случае, парализовывало работу гражданских институтов. Ситуация была далека от стабильной. В октябре 2012 года было совершено вооруженное нападение на казармы и произошел бой с убитыми и раненными, впоследствии объявленный попыткой очередного переворота. Главой заговорщиков был объявлен капитан Пансун Нчама, пойманный через неделю на одном из островов архипелага Бижагуш. Хотя наиболее вероятно, что отношения выясняли различные армейские группировки, впоследствии было объявлено, что за попыткой стояли Гомиш Жуниор и Португалия. Военные решили не выносить сор из избы.

Отсутствие у военных каких-либо влиятельных противников в гражданской администрации привело к росту наркотрафика через Гвинею-Бисау, который и так был немаленьким. Очевидно, они чувствовали полную безнаказанность. В дело пришлось вмешаться иностранным спецслужбам. В апреле 2013 года в нейтральных водах американцами был арестован контр-адмирал флота Гвинеи-Бисау Бубу На Чуту и препровожден в США. Там ему было предъявлено обвинение в наркотрафике: славные военные вывозили в упаковках с военным обмундированием 4 тонны колумбийского кокаина. Взамен, согласно обвинению, они должны были поставить колумбийским повстанцам из движения FARC ракеты «земля-воздух», которыми те, очевидно, сбивали бы американские самолеты, помогающие Колумбии в борьбе с наркоторговцами. Арест Бубу На Чуту бросил тень и на переходное правительство, потому что арестованные заявили о том, что 13% объемов кокаина предназначалось гражданским чиновникам за попустительство наркотрафику, причем называли фамилии президента и премьер-министра. Насколько обоснованными были эти обвинения, неизвестно, однако политических последствий они не имели.

Задача достижения согласия между политическими силами, стоявшая перед правительством, была не менее сложной. Военные, захватившие власть в апреле 2012 года, исключили крупнейшую партию Гвинеи-Бисау – PAIGC – из политического процесса. Причиной, без сомнения, было стремление избавиться от влияния Гомиша Жуниора и его команды. Со временем стало понятно, что любые политические соглашения без участия PAIGC лишены всякого смысла. Кроме того, к включению PAIGC в политический процесс подталкивали страны-доноры, увязавшие политический консенсус с предоставлением помощи. В январе 2013 года, наконец, PAIGC и оппозиционные партии достигли соглашения, который правильнее было бы назвать меморандумом о «текущем моменте». Однако это означало возвращение PAIGC в политику.

С участием PAIGC, наконец, удалось выработать единую схему перехода к выборной демократии: была подписана «дорожная карта», договорились о выборах парламентом председателя Центральной избирательной комиссии. Им был избран судья Верховного Суда Мендеш. В июне 2013 года к присяге был приведён новый, расширенный состав правительства, уже с участием PAIGC. Была, наконец, назначена дата президентских выборов.

При вступлении в должность Ньямаджу предполагалось, что переходный период займет один год, однако довольно быстро власти начали высказывать сомнения в реальности этого срока. Выборы долго не назначались. Первоначально дата выборов была определена к середине 2013 года – 24 ноября, однако в итоге она переносилась несколько раз. Причины переноса выборов, согласно заявлениям правительства, были техническими и производились в согласии с политическими партиями, однако, в конце концов, они вызвали недовольство стран-доноров: когда был объявлен очередной перенос даты с 16 марта на 13 апреля 2014 года, прозвучали заявления, что это самая последняя дата, приемлемая для международного сообщества.

Вполне возможно, в оттягивании голосования подозревали не самого Ньямаджу, а скорее главнокомандующего Инджаи, обладающего реальным влиянием в стране. В ходе разбирательства в отношении Бубу На Чуту Инджаи тоже был обвинён в наркотрафике, но, в отличие от контр-адмирала, он был на свободе в Гвинее-Бисау и за решётку не попал. Выборы были ему невыгодны, так как слабое временное правительство Ньямаджу его вполне устраивало. Выборы всё же пришлось проводить, в конце концов.

Сам президент в выборах не участвовал, в соответствии с соглашениями, подписанными в 2012 году, подтвердив, что он довольствуется ролью гаранта мирного процесса. Были опасения, что Ньямаджу мог стать кандидатом от военных, с которыми он нашёл общий язык, однако этого не произошло. Особенностью выборов 2014 года было обновление «пула кандидатов» — никто из прежних влиятельных претендентов на президентское кресло в этих выборах не участвовал. Прежний премьер Гомиш Жуниор так и остался в изгнании, как и свергнутый временный президент Перейра: влияние военных по-прежнему было ключевым в Гвинее-Бисау. Бывший президент Яла тоже не стал кандидатом, напротив, заявив об уходе из активной политики – можно предположить, что это не было полностью его собственным решением, так как он участвовал во всех кампаниях за последние 20 лет.

Выборы президента прошли в два тура, 13 апреля и 18 мая 2014. Страны-доноры сделали всё, чтобы армия Гвинеи-Бисау оставалась в казармах, вне зависимости от их исхода. По крайней мере, американский посол Лакенс лично встречался с генералом Инджаи в мае, и армия действительно не попыталась оспаривать результаты. Во втором туре выборов победил представитель PAIGC Жозе Мариу Ваз, бывший мэр Бисау и министр, который и был приведен к присяге 23 июня 2014 года.

При Ньямаджу состоялось восстановление президентского дворца, который стоял в руинах на протяжении более 10 лет – с того дня, как он был разрушен войсками Ансумане Мане в ходе гражданской войны с Виейрой. Дворец за полтора года восстановили китайцы в кредит, он обошёлся в 6,8 млн. долларов. Ньямаджу заехал в него в сентябре 2013 года.

Ньямаджу
Presidential Palace, or what is left of it. 26 April 2007

Президентский дворец, или то, что от него осталось. Фотография сделана 26 апреля 2007 года
Автор: Colleen Taugher

После ухода в отставку Ньямаджу работал в структурах ECOWAS. В частности, он возглавлял миссию наблюдателей на президентских выборах в Буркина-Фасо в 2015 году.

В 2016 году он впервые сделал заявление о внутриполитической ситуации в Гвинее-Бисау, возложив львиную долю ответственности за кризиса на своего преемника Ваза. При этом, однако, он был против вмешательства других стран, отметив, что кризис можно разрешить внутриполитическими средствами. Он видел выход в том, чтобы PAIGC, как победившая на выборах партия, занялась выработкой политической конфигурации, которая бы устраивала всех, а президент должен был ей подчиниться.

Перед президентскими выборами 2019 года Ньямаджу выразил готовность принять в них участие в качестве кандидата, если его выдвинет PAIGC, чего, однако, не произошло.

 

© В.Г. Кусов, оригинальный текст на основе перевода статей на русский язык (2017)


Хотите узнать больше?

Махамаду Иссуфу

Махамаду Иссуфу

Махамаду Иссуфу – нигерский политик-оппозиционер, который, как и Танджа, был избран после восстановления демократии военными, но к концу правления скатившийся в авторитаризм.


Салу Джибо

Салу Джибо

Салу Джибо оказался военным, который взялся вернуть страну на демократический путь развития – повторно, за последние 10 лет.

Гнассингбе Эйадема

Гнассингбе Эйадема

Гнассингбе Эйадема еще при жизни стал легендой – легендой зловещей. Брутальный диктатор, он безраздельно правил маленьким Того почти 38 лет и умер на посту президента.

Основы африканского языкознания. Диахронические процессы и генетические отношения языков Африки

Основы африканского языкознания

В рамках настоящего тома рассматривается разнообразный круг проблем, связанных с генетической классификацией идиомов Африки: общеметодологические проблемы генетической классификации африканских языков, обоснование гипотезы дальнего языкового родства (на материале нигеро-конголезских языков), внутренняя и внешняя классификация языковой семьи (на материале грассфилдских языков), классификация близкородственных языков (на материале близкородственных идиомов банту и диалектов пулар-фульфульде), внутригенетическая типология (на материале языков банту и языков ква). Для лингвистов и африканистов широкого профиля.


Языки Африки. Опыт построения лексикостатистической классификации. Том II. Восточносуданские языки

Языки Африки

Второй том многотомного исследования «Языки Африки. Опыт построения лексикостатистической классификации» целиком посвящен проблеме исторического статуса восточносуданской семьи языков – крупнейшего из составных компонентов т. н. «нило-сахарской» макросемьи, одного из наиболее спорных языковых объединений, предложенных Дж. Гринбергом в рамках получившей классический статус таксономической модели языков Африки.