Правители Африки: XXI век

2013- : Ибрагим Бубакар Кейта

Президент Мали с 4.IX.2013

Ибрагим Бубакар Кейта
Полное имя Ибрагим Бубакар Кейта
Ibrahim Boubacar Keita
Родился 29.I.1945, Кутиала, Французский Судан, Французская Западная Африка
Умер Нет
Президент с 4.IX.2013
Этнос Мандинка
Вероисповедание Мусульманин

Ибрагим Бубакар Кейта (или просто ИБК) – демократически избранный президент, противоречивое правление которого не смогло решить накопившийся груз проблем Мали.

Кейта происходил из «туземной интеллигенции» колониального Французского Судана. Его прадед сражался во французских войсках и погиб во время I Мировой войны, отец также воевал, уже во II Мировой войне, и впоследствии был известным экономистом. Будущий президент получил хорошее образование, при этом следует отметить, что это случилось благодаря его личным заслугам: на конкурсной основе он стал одним из студентов парижского лицея Жансон де Сайи. После его окончания, по настоянию отца, он получил «классическое» образование (греческий, латынь) в бамакском лицее Террасон де Фужере. Далее он снова продолжил образование во Франции, получив в Сорбонне степень магистра политических наук, а также широкое историческое образование (археология, этнология, классическая и современная история). После завершения образования Кейта остался преподавать в Сорбонне и вернулся в Мали только в 1986 году, после 26-летнего отсутствия на родине.

В Мали Кейта занялся благотворительной деятельностью в качестве сотрудника Европейского Фонда развития и ряда некоммерческих организаций. В эти годы он много ездил по северу Мали и непосредственно участвовал в организации гуманитарной помощи беднейшему сельскому населению. К моменту начала политических перемен в стране он оказался в числе видных деятелей демократического движения и в мае 1991 был избран секретарем по международным отношениям партии ADEMA. После победы Альфы Конаре на выборах 1992 года Кейта был назначен пресс-секретарем и советником президента и участвовал в формировании первого демократического правительства Юнусси Туре. В то время его многие рассматривали как одного из наиболее вероятных «наследников» президента Конаре.

После недолгой дипломатической карьеры в ноябре 1993 года Кейта вошёл в правительство, в 1994 году был назначен премьер-министром, а в сентябре 1994 – также и председателем ADEMA. Взлёт Кейты был обусловлен, прежде всего, нестабильным экономическим положением, в условиях которого президенту был нужен авторитетный и уверенный в себе администратор. До Кейты в течение 2-х лет сменилось два премьера, а на севере восстали туареги. Кейта был одним из тех, кому президент Конаре могу поручить непростую работу.

Премьерство Кейты (1994-2000) продемонстрировало его управленческие способности. Экономическая политика, которую он проводил, была либеральной, в традициях ВМФ и Всемирного Банка. Кстати, проведение лотерей и открытие казино впоследствии ему припомнили его потенциальные избиратели-мусульмане. В сфере внутренней политики, используя метод «кнута и пряника» ему удалось добиться стабилизации режима и переизбрания Конаре на второй срок в 1997 году, хотя и в условии фактической внутриполитической изоляции. В 1999 году Кейта смог обеспечить оглушительную победу ADEMA на парламентских выборах, однако также в условиях подавления оппозиции. Его позиции во властной вертикали в этот момент казались незыблемыми; в конце 1999 года он был переизбран председателем ADEMA и был очевидно нацелен на президентское кресло после окончания мандата Конаре.

Однако преемником Конаре Кейта не стал. Во-первых, противники премьера не дремали. Во-вторых, 6-летнее руководство правительством содержало в себе определенные репутационные издержки. Фигура премьера Кейты ассоциировалась с жестким курсом противостояния оппозиции, который в преддверии президентских выборов 2002 года уже не был выгоден правящей партии – президент Конаре не имел права на переизбрание, а нового кандидата нужно было как-то раскручивать. Простое подавление оппозиции могло сработать против правящей партии. Помимо этого, под руководством нового премьер-министра Сидибе началась антикоррупционная кампания, которая явно подразумевала «грешки» предыдущего правительства. Таким образом, в рядах ADEMA сложилась сплоченная и влиятельная группа противников выдвижения Кейты. Оставаясь на посту председателя ADEMA он, впрочем, попытался организовать своё выдвижение в качестве президентского кандидата на выборах 2002 года, но успеха не добился. В конце концов, в октябре 2000 года он сложил с себя полномочия председателя и вообще вышел из партии. Вместе с ним ADEMA покинули ряд видных политиков, в том числе 4 бывших министра и 21 депутат. Этот раскол серьезно повлиял на ADEMА и ослабил её.

В июле 2001 года Кейта создал собственную партию, Движение за Мали (RPM), из в 2002 году баллотировался на президентских выборах. Хотя его поддержали различные исламские организации, он занял лишь третье место. Зато на парламентских выборах его партия RPM выступила очень хорошо, завоевав равное с ADEMA количество мест в Национальной ассамблее (даже на одно место больше). Кейта был избран председателем парламента в сентябре 2002 года, на этом посту он проработал 5 лет. На президентских выборах 2007 года он снова проиграл действующему президенту Туре. Несмотря на то, что Кейта оставил пост главы Национальной Ассамблеи, он остался активным депутатом и принимал участие в работе различных международных межпарламентских структур.

После путча 2012 года осторожному и прагматичному Кейте удалось наладить отношения с военной хунтой. Поначалу его партия RPM присоединилась к коалиции политических сил, осудивших переворот, однако уже в мае 2012 она из неё вышла. Взамен Кейте удалось избежать преследований со стороны военных – как-никак, он все же был видным политическим деятелем эпохи Туре и был «под ударом». Например, кандидат от ADEMA Сиссе после переворота был вынужден бежать из Мали, опасаясь за свою жизнь. Кейта оказался одним из немногих крупных функционеров, кто избежал гонений со стороны хунты, и это послужило основой для различных слухов и домыслов. Весьма подозрительным было и то, что во время избирательной кампании 2013 года Кейта тщательно избегал темы военного переворота и ответственности путчистов за совершённое, хотя другие кандидаты много говорили на эту тему. Когда же журналисты все-таки заставили Кейту высказаться, он был осторожен – отрицал наличие каких-то связей с хунтой и её лидером Саного, однако признавал, что вскоре после переворота имел с ним встречу в казармах. Якобы в разговоре с Саного он осудил насильственные методы. Очевидно, он не хотел открыто становиться на сторону тех, кто «жаждал крови» членов хунты, но и поддерживать путчистов в его планы тоже не входило. В целом, это соответствует сложившемуся образу Кейты как человека, который «не кладет яйца в одну корзину».

На выборах 2013 года Кейта был очевидным кандидатом-лидером. Во-первых, он уже не раз был в числе кандидатов, был хорошо известным в Мали политиком; во-вторых, он имел имидж авторитетного, волевого, «сильного человека» — как раз такой и был нужен находящейся в кризисе стране; в-третьих, хунта разогнала старую политическую элиту, многие эмигрировали; наконец, в-четвертых, он старался показать, что не опасен для Саного и других бывших главарей хунты (нельзя забывать, что они по-прежнему сохраняли большое влияние в армии) и застраховать себя от ненужных эксцессов со стороны армии. Кроме того, во время избирательной кампании Кейта стал подчеркнуто демонстрировать лояльность исламу, начинал выступления с цитат из Корана и появлялся в традиционной одежде, — это был правильный шаг в стране, где почти все – мусульмане. Его выдвижение поддержал влиятельный Верховный исламский Совет Мали – вполне возможно, эта поддержка и обеспечила Кейте победу.

Таким образом, Ибрагим Бубакар Кейта оказался кандидатом и от мусульман, и от французов (которые хорошо его знали, во Франции он прожил много лет), и даже вроде как от хунты, — то есть, практически, от всех. В августе 2013 года он победил во втором туре выборов, набрав 78% голосов, и был приведен к присяге 4 сентября.

Довольно скоро стало понятно, что «лояльное» отношение Кейты к бывшим путчистам было тактической уловкой. Новый президент был определенно настроен ликвидировать неформальный центр власти, который представляли собой Саного и его люди. Уже в октябре бывший всесильный генерал получил повестку в суд по делам, касающимся времени переворота, но проигнорировал вызов. Тем временем, Кейта начал избавляться от бывших членов хунты в правительстве. Первым в октябре был уволен глава службы безопасности и распущена комиссия по «военной реформе», которую когда-то возглавлял Саного. Вскоре после этого, 8 ноября 2013 года, было объявлено о снятии с должности главнокомандующего армией генерала Дембеле, который был назначен на свой пост еще хунтой, а также других близких к Саного силовиков – начальника полиции и военной академии. 27 ноября службой безопасности был арестован сам Саного и ряд его офицеров, которым были предъявлены обвинения по делу об исчезновении в мае 2012 года 21 солдата, лояльного свергнутому президенту Туре (останки этих солдат были найдены впоследствии недалеко от военной базы в Кати). Таким образом, новому президенту довольно быстро удалось получить контроль над силовыми ведомствами, что так и не смог сделать временный президент Траоре, и нейтрализовать потенциальные угрозы, исходящие от Саного.

Карт-бланш на проведение собственной политики и помощь международных доноров, казалось бы, давали хороший шанс на новый старт для нового демократического президента. Довольно скоро, однако, Кейта продемонстрировал худшие образцы управления, которые, впрочем, не являются чем-то особенным для бедных стран. Международные доноры терпеливо, хотя и без энтузиазма, наблюдали за дорогостоящими поездками нового малийского президента по Европе, включением во властную вертикаль сына Кейты и трех родственников его жены. При этом Кейта не торопился появляться на севере и решать проблемы наиболее пострадавшей от террористов части Мали. Переговорный процесс в бывшем «Азаваде» так и не был налажен, а выделяемая стране помощь распределялась преимущественно на юге Мали, где никогда не было военных действий. Четверть миллиона беженцев-северян по-прежнему жили в неблагоустроенных лагерях в соседних с Мали странах. В мае 2014 года дошло до публичного скандала, когда малийское правительство купило новый президентский самолёт за 40 млн. долл. – при том, что вполне исправный президентский самолёт уже был, а правительство никак не отразило покупку в документах, которые готовились для главного кредитора Мали – МВФ. Функционер МВФ Оп де Беке, проводивший ревизию бюджета в всего лишь в марте, с возмущением заявлял: «Я узнал о самолёте из местных газет!».

Ибрагим Бубакар Кейта

131128 Timmermans en Hennis bij Ibrahim Boubacar Keïta president Mali 4685

Министр иностранных дел Нидерландов Тиммерманс и министр обороны Нидерландов Хеннис с президентом Мали Ибрагимом Бубакаром Кейтой, 28 ноября 2013 года

Автор: Ministerie van Buitenlandse Zaken

Тем временем обстановка на севере накалялась. Фактически перемирие с туарегами было нарушено еще в сентябре 2013 года, а конфликт снова перешёл в стадию позиционной войны. Повстанцы периодически переходили в наступление, обе стороны захватывали заложников, которыми потом обменивались. Как и в 2012 году, малийская армия оказалась неспособна с ними справиться, а воинский контингент ООН MINUSMA, по состоянию на конец 2014 года, был недоукомплектован (фактически в Мали находилось 9 тыс. солдат вместо 12 тыс.) и мог обеспечить только охрану крупных городов. Остальная территория была отдана на откуп мобильным подразделениям повстанцев. Постепенно приходило понимание, что само Мали может и не выдержать новую туарегскую атаку. Правительство спешно обратилось к ООН за усилением воинского контингента MINUSMA.

В конце концов, администрации Кейты всё же пришлось заняться политическими переговорами. Впрочем, поначалу ни о каких уступках речь не шла. В одном из интервью в августе 2014 года президент заявил о перспективах политического урегулирования на севере Мали следующее: «Я говорю чётко: никакой независимости, никакой автономии, но высокая степень децентрализации и регионализации… В наше время есть много концепций федерализма и автономии. Посмотрите, что творится в Ираке – там халифат! И я всеми силами хочу не допустить халифата в Мали. Поэтому меня и избрали». В январе 2015 года президент назначил главного переговорщика с туарегами, Модибо Кейту, премьер-министром Мали, демонстрируя важность этого направления работы.

В конце концов, после долгих переговоров, при посредничестве Алжира и давлении на туарегов со стороны международных посредников, 20 июня 2015 года было достигнуто соглашение. Кейте не удалось полностью отстоять свои первоначальные позиции: определенную степень автономии северу всё же пришлось предоставить; кроме того, правительству пришлось согласиться на определенные экономические преференции для туарегов, провозгласить широкую «децентрализацию» власти и отозвать ордера на арест лидеров повстанцев.

Кейта Ибрагим

French VAB Vehicle Being Unloaded from RAF C17 in Mali

Выгрузка французского бронетранспортёра из Боинга британских ВВС в Мали

Автор: Defence Images

Договор, однако, не предполагал ни внятной программы разоружения повстанцев и демилитаризации севера, ни продуманных предложений по экономическому развитию этих территорий. Сформированная Комиссия по наблюдению за исполнением договора так и не смогла проводить какую-то единую политику из-за многочисленных противоречий между самими вооруженными группировками, между правительством и повстанцами и, наконец, из-за несогласованности позиций правительственных чиновников разного уровня. Вобщем, подписанный договор во многом был декларацией, и фактически остался ей, так как война на севере Мали после его подписания так и не прекратилась.

Согласно приблизительным оценкам, за первые три года президентства Кейты в ходе гражданской войны погибли около 1300 человек (как военных, так и мирных жителей). Небезопасную обстановку в стране подчеркивали участившиеся случаи захвата иностранных заложников и нападения на туристов, последнее крупное состоялось в июне 2017 года, когда была атакована пятизвездочная гостиница в столице страны Бамако. Практика сотрудничества бывших туарегских повстанцев с правительственными силами встречает сопротивление со стороны бывших союзников-исламистов, которых навалом в регионе. Так, в январе 2017 года 77 человек погибли и 120 были ранены в результате взрыва смертника в лагере бывших повстанцев к северу от Гао – эти повстанцы планировали осуществлять совместно с армией патрулирование границы. Правительство объявило тогда трехдневный траур. По итогам 2017 года людские потери от конфликта на севере страны были оценены в 716 человек за год – то есть, они были значительно больше, чем ежегодные потери в 2013-2016 годах. Из соображений безопасности правительство перенесло местные выборы, изначально назначенные на декабрь 2017, на апрель следующего года.

Отношения Кейты с кредиторами, и прежде всего с французами, довольно быстро омрачились коррупционными скандалами. Кроме «самолётного дела» в 2014 году возникло еще «Дело Томи», когда французская газета Ле Монд опубликовала сведения о том, что Кейта принимал подарки и имел общий бизнес с «авторитетным» корсиканским бизнесменом Мишелем Томи. Хотя поначалу Кейта угрожал газете судебным разбирательством, в конце концов, он признал, что дружит с Томи, но отрицал наличие каких-либо деловых отношений. Были еще скандалы с закупками тракторов и удобрений. В 2016 году правительство закупило 42 внедорожника для армии стоимостью 76 тыс. евро за штуку… Коррупционные скандалы стали чуть ли не системными. Президент реагировал на словах очень жестко, декларируя нетерпимость к коррупции, однако никаких громких процессов и разоблачений не последовало. Критику оппозиции власти стоически игнорировали.

Ибрагим Бубакар Кейта

ECHO Flight in Gao, Mali, March 2015

Самолет Департамента гуманитарной помощи и защиты гражданского населения ЕС в Гао, Мали, март 2015

Автор: European Commission DG ECHO

В сфере экономики правительство Кейты занялось возобновлением международных связей Мали, которые со многими странами находились в «замороженном» состоянии с момента переворота в 2012 году. Кейта уделял много внимание потенциальным инвесторам из Азии: договорился о возобновлении японской гуманитарной помощи, посещал ближневосточные монархии, а на Всемирном экономическом форуме в Тяньцзине подписал 34 соглашения с китайским правительством. Китай получил доступ к различным инфраструктурным проектам, в частности, строительству нового моста через реку Нигер в Бамако, расширению дорожной сети. Кроме того, соглашения включали проекты восстановления железной ветки до столицы Сенегала Дакара и строительство новой железной дороги до гвинейской столицы Конакри. Общий объем привлеченных инвестиций оценивался примерно в 8 млрд. евро.

В июне 2014 начали строить завод по переработке золота, которое до этого момента на территории Мали не перерабатывалось; был привлечён швейцарский капитал. Кроме того, правительство аннулировало до трети выданных разрешений на разработку месторождений, — там, где никакой добычи не велось. Также было аннулировано 12 нереализованных контрактов на добычу нефти. Целью этих мер было привлечение реальных инвесторов, имеющих средства и намерения на деле разрабатывать полезные ископаемые.

В целом, стабильный и демократически избранный режим Кейты смог обеспечить экономический рост, сильно пострадавший в результате переворота. В 2014 году он составил около 5% — не так много, но больше, чем за два предшествующих года.

Оглядываясь назад, становится понятно, что результаты правления президента Кейты, как минимум, неоднозначны. Коррупционные скандалы, преследующие правительство, нанесли репутации самого президента ощутимый ущерб. Проблема северных территорий не была решена – более того, насилие на территории бывшего «Азавада» стало как будто бы нормой, а уровень безопасности в 2017 году оказался даже ниже, чем в предыдущие годы. Нормализация экономической ситуации – пожалуй, одно из немногих очевидных достижений, — не принесла серьезного достатка большинству малийцев. В целом, итоги 2013-2018 года для многих простых жителей Мали оказались гораздо более скромными, чем возлагавшиеся на них ожидания. Самое главное обещание, которое не выполнил президент Кейта – это создание 200 тысяч рабочих мест.

В апреле 2017 года президент предпринял первый шаг к подготовке собственного переизбрания. Новым премьер-министром был назначен Абдулай Идрисса Майга, человек, лично преданный президенту. Министром территориальной администрации (в чью компетенцию входит организация выборов) был назначен другой близкий к президенту человек – бывший министр обороны Тьеман Кулибали.

Консолидации власти президента и демонстрации успехов его политики должен был послужить референдум о поправках в конституцию. Власти запланировали его на июль 2017 года; он предполагал создание сената, треть мест в котором заполнялись бы лично президентом. Кроме того, в конституцию вводились некоторые положения мирного соглашения 2015 года с повстанцами, — именно они и вызвали наибольшее общественное неприятие. Наиболее вопиющей уступкой в глазах многих малийцев было признание права северных провинций называться общим туарегским именем «Азавад». Это было небезосновательно расценено как победа сепаратистов – пусть формальная, но носящая символический характер.

Проект конституционных изменений, особенно легализация «Азавада», вызвал яростные протесты оппозиции и широкое народное недовольство. Политические оппоненты власти обратились в Конституционный Суд, оспаривая поправки, и добились частичного успеха. Длительные массовые демонстрации протеста, в конце концов, вынудили власти отсрочить проведение референдума на преопределенный срок. В августе 2017 года Кейта объявил об его отмене, признав, что проект реформы конституции расколол общество.

Выборы 2018 года президентская команда провела успешно, добившись переизбрания Кейты во втором туре. Однако избирательная кампания прошла под знаком оппозиционных протестов, достаточно значительных, обвинявших режим в коррумпированности. В прежние годы малийская политика не была столь радикализована. Вместе с тем, оппозиционерам не удалось добиться поддержки широких масс: после объявления итогов соперник президента Сумайла Сиссе тщетно взывал к народу, объявив результаты подтасованными, но большинство осталось инертным к происходящему.

С точки зрения безопасности проведения выборов, еще в начале 2018 года звучали сомнения, что выборы удастся провести. На севере страны ситуация была нисколько не лучше, чем в прежние годы. Однако президент настаивал, что выборы проводить можно, в чем его поддерживали и европейские политики, которые хотели признаков демократии. В итоге, как можно было ожидать, на севере Мали выборы были частично сорваны – были нападения на участки и запугивание избирателей террористами; часть участков так и не смогли работать, а люди – проголосовать. Однако на большей части страны все прошло спокойно, и власти вместе с наблюдателями объявили об успешном проведении голосования.

Мали остается государством, обремененным многочисленными проблемами. Продолжается гражданская война на севере. Режим Кейты, не показавший заметных успехов ни в экономике, ни в государственном строительстве, скорее опирается на инерцию большинства, нежели на своих сторонников. В столице в последние годы часто проходят антиправительственные манифестации, преимущественно с экономическими лозунгами, но неизбежно увязанными с политикой. Наибольший вызов для сегодняшнего Мали, кроме проблемы Азавада, — это проблема огромного числа незанятой молодежи. Мали характеризуется одним из самых быстрых темпов роста населения, при этом отсутствие рабочих мест приводит к радикализации молодежи и само по себе является таким же дестабилизирующим фактором, как и вооружённая оппозиция.

© В.Г. Кусов, оригинальный текст на основе перевода статей на русский язык (2018)


Хотите узнать больше?

Фрадике де Менезеш

Фрадике де Менезеш

Фрадике де Менезеш – богатейший бизнесмен, чувствовавший себя как рыба в воде в мутной и полной коррупции политической жизни Сан-Томе и Принсипи.


Фернанду Перейра

Фернанду Перейра

Фернанду «Кобу» Перейра – майор, возглавивший мятеж группы наёмников и плохо экипированных сантомейских солдат против коррумпированной политической элиты в преддверии делёжки нефтяных богатств страны.

Франс-Альбер Рене

Франс-Альбер Рене

Франс-Альбера Рене можно назвать образцом «полезного» диктатора. Ему удалось превратить Сейшелы из группы затерянных в океане островов в страну, которая сейчас занимает первое место в Африке по ВВП на душу населения

Сахара. Тайны тысячелетий

Тайны тысячелетий

Захватывающее путешествие длиной 16 000 километров по девяти странам и территориям Африки: Алжир, Ливия, Мавритания, Мали, Марокко, Нигер, Сенегал, Сеута, Тунис.


Феномен «Арабской весны» 2011-2016. Причины, развитие, перспективы. Тунис, Египет, Ливия, Сирия, Алжир

Феномен

В монографии рассматривается феномен «арабской весны», повлекший за собой значительные социально-политические изменения в целом ряде арабских стран и во многом повлиявший на глобальную ситуацию в мире. Для исследования выбраны страны, в которых наиболее ярко проявились различные варианты «арабской весны».