Правители Африки: XXI век

2000- : Поль Кагаме

Президент Руанды с 24.III.2000

Поль Кагаме
Полное имя Поль Кагаме
Paul Kagame
Родился 23.X.1957, Тамбве, территория
Рухенгери, Руанда-Урунди,
подмандатная территория ООН
под опекой Бельгии
Умер Нет
И.о. президента 24.III.2000-22.IV.2000
Президент с 22.IV.2000
Этнос Тутси
Вероисповедание Христианин

Поль Кагаме – жёсткий диктатор, эффективный менеджер, умный стратег, отец «руандийского экономического чуда», бывший изгнанник, солдат и президент с возможность находиться у власти до 2034 года.

Будущий президент Руанды оказался вовлечён в масштабный этнический конфликт уже в двухлетнем возрасте. Он родился в южной Руанде в семье знатных тутси. В 1959 году в результате «революции хуту» был разрушен многовековой уклад сосуществования привилегированного меньшинства высокорослых, стройных тутси и занимавших подчинённое положение, более низкорослых и коренастых хуту, которые, однако, составляли большинство. Всплеск насилия привёл к тому, что многие тутси бежали в соседние регионы, при этом 1959 годом насилие не ограничилось. В результате, значительные массы тутси на долгие годы оказались изгнанниками. В их числе был и Поль Кагаме, чьи родители, относившиеся к аристократии тутси, осели в лагере беженцев в западной Уганде.

В начале 1981 года Кагаме оказался одним из многих тутси руандийского происхождения, которые присоединились к Армии национального сопротивления Йовери Мусевени. Вероятно, благодаря высокому происхождению, он занял лидирующие позиции среди воинов-тутси. После того, как Мусевени захватил власть в Уганде, его военные формирования составили основу национальной армии. Кагаме с 1989 года служил в качестве главы военной разведки и при этом являлся одной из главных фигур Руандийского патриотического фронта (RPF) – националистической группировки, открыто ставящей цель свержения правительства хуту в Руанде. На протяжении нескольких лет при поддержке правительства Уганды RPF готовилось к вторжению, которое началось 1 октября 1990 года. На следующий день лидер движения Фред Рвигема был убит в стычке с руандийскими войсками, после чего Кагаме, проходивший в это время военное обучение в США, штате Канзас, экстренно вернулся и принял на себя военное командование. Из политических соображений лидерство над RPF было отдано члену движения-хуту.

Хотя военная группировка Кагаме была хорошо вооружена и мотивирована на победу, руандийское правительство хуту получило поддержку со стороны Франции, и конфликт растянулся на несколько лет. Неожиданно обнажилось противостояние колониальных держав. «Патрон» руандийских повстанцев Мусевени пользовался репутацией про-английского и про-американского политика, офицеры проходили обучение на военных базах США и Великобритании, а Кагаме изъяснялся по-английски. Соответственно, французы поддержали «своих» руандийских хуту.

В августе 1993 года в танзанийском городе Аруша было подписано мирное соглашение, которое, по существу, не привело к достижению работоспособных решений. Настоящая катастрофа разразилась в 1994 году, когда кто-то сбил президентский самолёт, на борту которого находились руандийский президент Хабьяримана и его бурундийский коллега Нтарьямира. Гибель президента от рук, как подозревали, RPF, послужила спусковым крючком геноцида тутси в Руанде. Это совершенно немыслимая резня мирного населения совершалась на пороге XXI века руандийскими военными-хуту и просто «добровольцами», вооруженными холодным оружием. Убивали и тех хуту, которые не хотели принимать участие в этих зверствах. Масштабы геноцида потрясают – в течение нескольких месяцев 1994 года было убито около 800 тыс. человек.

President of Rwanda
8th commemoration of the Genocide against the Tusti

На траурном мероприятии, посвященном геноциду против тутси
Автор: Kwibuka Rwanda

Кагаме отказался признавать временную администрацию, образованную после гибели Хабьяриманы, и заявил о задаче восстановления порядка и прекращения убийств в Руанде. Его формирования начали планомерное продвижение вглубь страны, постепенно беря её под контроль. На фоне одобренной ООН в конце июня гуманитарной операции французов, Кагаме решил форсировать события, чтобы не утратить инициативу. В июле 1994 года войсками Кагаме была взята столица Кигали. Французы же заняли юг Руанды и установили линию разграничения враждующих сторон, под их защиту хлынул поток беженцев-хуту, спасающихся от мести боевиков-тутси.

Избегая конфликта с французами, Кагаме предпочёл закрепить успех, институционализировав достигнутую военную победу. Весьма разумно был выбран вариант с реализацией соглашения в Аруше 1993 года: назначено коалиционное правительство во главе с хуту Фостеном Твагирамунгу, председателем MDR, одной из руандийских партий. Сам Кагаме занял в этом правительстве пост министра обороны и главнокомандующего. При этом он стал вице-президентом Руанды, а высший пост в стране занял представитель «умеренных хуту» Пастер Бизимунгу, член RPF, который, однако, работал в прежних руандийских правительствах Хабьяриманы. Фигура Бизимунгу на посту главы государства была, скорее, технической, так как страх новой волны этнических убийств, теперь уже со стороны пришедших к власти тутси, витал в воздухе. Несмотря на то, что Кагаме не стал занимать президентский пост, он, безусловно, де-факто стал правителем Руанды. В 2000 году Бизимунгу был вынужден уйти в отставку после ряда разногласий с Кагаме, и Переходная Национальная Ассамблея назначила Кагаме на высший пост в стране.

Новый правитель Руанды во многом походил на своего протеже, угандийца Йовери Мусевени. Он был, прежде всего, военным лидером, типичным strongman, известным своей сдержанностью и спартанскими привычками, а также прямотой в высказываниях. Как военный, он больше верил в дисциплину и вертикаль подчинения, чем в демократию и политическое развитие, что на годы предопределило пути развития Руанды. Будучи по взглядам и мировоззрению близок к Мусевени, Кагаме стал его близким союзником. Впоследствии они образовали своеобразный внешнеполитический «тандем», который эффективно действовал десятилетиями, и проблемы внутри которого удавалось оперативно разрешать (например, как конфликт из-за ресурсов на территории ДРК в 1999-2000 гг.). При этом на личность Кагаме, безусловно, наложило отпечаток изгнание, в котором он провел более 30 лет своей жизни. Он вспоминал об этом негативном опыте, когда его действия подвергались критике представителями правозащитных организаций, к которым он, кажется, относился с неприязнью. Кагаме часто подчеркивал, что ООН сделало недостаточно для защиты тутси во время резни 1994 года. Лишения, геноцид его народа, годы партизанской войны: очевидно, не обошлось без психологической травмы.

Одним из результатов кровавых событий 1994 года стало образование лагерей беженцев-хуту в соседних странах; больше всего по численности их было в Заире (около 2,5 млн. человек). Правительство быстро предоставило гражданство всем тутси, которые находились (и родились) в изгнании после 1959 года, и захотели вернуться в страну. Эти беженцы «первой волны» занимали дома и земли недавних беженцев, что неизбежно вызывало конфликты после возвращения прежних хозяев. Кроме того, правительство силой ликвидировало лагеря беженцев на юге Руанды после эвакуации французских миротворцев, при этом погибло от 2 до 8 тыс. человек, оказывавших сопротивление. Это привело к уходу в отставку правительства, возглавляемого хуту Твагирамунгу в августе 1995 года.

Наличие большого числа беженцев-хуту у западных границ Руанды, которые начали организовывать военные формирования, были основной причиной вмешательства руандийского правительства во внутриполитическую борьбу в Заире. Кроме того, в этом регионе присутствовал застарелый этнический конфликт, когда этнические тутси-баньямуленге подвергались притеснениям со стороны правительства Заира. Кроме того, президент Заира Мобуту был известен как союзник хуту и друг Хабьяриманы. Руандийские войска поддержали повстанцев Лорана-Дезире Кабилы, который, после полугода позиционных боев, в мае 1997 года смог свергнуть Мобуту. Во вторжении участвовали также войска Уганды. Хотя Кагаме не удалось установить контроль над новым правительством Кабилы (с помощью военных формирований других африканских стран Кабила быстро избавился от руандийцев), из Демократической республики Конго он полностью не ушёл. В августе 1998 года военные формирования Руанды и Уганды заняли конголезские города Гома и Букаву, расположенные на востоке страны. Установление относительного «порядка» сопровождалось преследованием хуту. По некоторым свидетельствам (сведения из региона невозможно документально подтвердить) были физически уничтожены не только боевики, но мирные жители. Впоследствии намибийский президент Сэм Нуйома обвинял правительства Руанды и Уганды в геноциде на севере и востоке ДРК, оценивая по состоянию на 2001 год число жертв в 2,5 млн. человек.

Хотя формально мирное соглашение с правительством Жозефа Кабилы было заключено ещё в 2003 году, Руанда по-прежнему сохраняет влияние на востоке ДРК и участвует в непрекращающейся войне, идущей поныне. Режим Кагаме спонсирует ряд вооруженных группировок, хотя основа этого влияния – бойцы баньямуленге – менее надёжна, чем раньше: сказывается усталость от многолетней войны и контроля со стороны руандийских властей. Контроль над частью земель ДРК позволяет руандийскому правительству эксплуатировать богатые минеральные ресурсы этих территорий, что, вероятно, частично обеспечивает руандийское «экономическое чудо».

Во внутренней политике режим Кагаме довольно быстро продемонстрировал авторитарные наклонности и нетерпимость к инакомыслию. После отставки Твагирамунгу последовал каскад увольнений, кадровых перестановок, отъезда ряда видных политиков, особенно хуту, за границу. Ряд оппозиционеров перенесли свою деятельность за рубеж. Были осуждены и казнены несколько видных политиков-хуту, которые были замечены в призывах к разжиганию геноцида и находились в заключении. Окончательное сплочение режима состоялось в 2000 году, когда в течение короткого времени своих постов лишились председатель Национальной Ассамблеи Жозеф Кабуйе Себарензи (эмигрировал), премьер-министр Пьер-Селестен Рвигема (эмигрировал) и президент Бизимунгу (основал собственную политическую партию и впоследствии несколько раз сидел в тюрьме). «Чистка рядов» происходила на фоне появившихся обвинений Кагаме в коррупции и борьбы за власть в преддверии выборов, которые были назначены на 2003 год. Те президентские выборы Кагаме, полностью взявший под контроль политическое поле, выиграл с результатом 95%.

President of Rwanda
Umushyikirano 2011 | 15-16 December 2011

Participants singing morale songs during the 9th National Dialogue at Parliament

Члены парламента поют патриотическую песню
Автор: Rwanda Government

После катастрофического 1994 года (ВВП тогда рухнул на 50%) восстановление экономики страны поначалу осуществлялось почти полностью на средства иностранной помощи. Кагаме пошёл по пути Мусевени, ради кредита договорившись с МВФ о либеральном экономическом курсе. Начиная с 1996 года экономика быстро росла, в среднем, на 8-10% ВВП в год. После президентских выборов 2003 года была объявлена программа Vision 2020, согласно которой Руанда ставила себе цель к 2020 году превратиться в страну со средним достатком (это, в частности, предполагает рост ВВП в 7 раз) и стать панафриканским центром технологий. Кагаме увязывал успешное экономическое развитие с достижением внутриполитического мира. «Политика, экономика и социальная сфера переплетаются между собой, — заявил президент в одном из интервью. – Когда люди бедны, неграмотны, они легко становятся жертвами [политических] манипуляций. Бедняку проще сказать: ты ведь знаешь, что ты беден и голоден, потому что другие присвоили то, на что ты имеешь право». Экономический успех должен способствовать национальному примирению и понимается президентом как важнейшее условие его достижения.

Правительство Кагаме сумело обеспечить поступательный экономический рост и улучшение социального обеспечения в стране на протяжении десятилетий. Даже критики президента признают улучшение таких показателей, как грамотность, обеспечение медицинской помощью, успешную борьбу с бедностью.

Это не было простой задачей. Руанда – маленькая страна, не обладающая выходом к морю и значимыми запасами природных ресурсов (даже леса), с почти полностью аграрной экономикой и низким уровнем жизни населения. Вобщем-то, с такими стартовыми возможностями сложно было надеяться на успех. Однако Кагаме смог найти выход, — пожалуй, один из немногих, подходящих для маленькой Руанды. Он сам, лично, начал искать инвесторов, не гнушаясь этой работы, выстраивая личные отношения с бизнесменами и, благодаря этому нематериальному ресурсу, обеспечивая страну инвестициями и рынками сбыта. К примеру, он обеспечил сбыт руандийского кофе, приехав в США и проведя личные встречи с крупными бизнесменами, которые потенциально могли быть заинтересованы в закупках. Один из бизнесменов потом признавался, что за завтраком Кагаме пригласил его посетить Руанду, и он согласился («это было проявление слабости»), лишь потом сообразив, насколько это далеко. Однако отказаться было уже невозможно, и он все-таки поехал в Руанду, заключив, в итоге, соглашение о покупке значительного объема всего производимого в стране кофе. Без личного участия Кагаме эта поездка и эта сделка никогда не состоялись бы, хотя американец в итоге признавал её безусловно выгодной для своего бизнеса. Однако сам по себе он никогда бы не поехал в Руанду. Схожим образом президент Кагаме нашёл сбыт и для остальной части руандийского кофе, договорившись с другим американским бизнесменом. Секрет успешности руандийской экономической модели был в том, что страна была маленькая, и лично Кагаме смог точечно договориться о сбыте, инвестициях. Сам президент своей умной экономической стратегией, личной вовлечённостью смог обеспечить условия экономического роста и это, несомненно, его личная заслуга перед страной.

Парадоксальна ситуация с коррупцией. Взяв курс на экономический рост, Кагаме был вынужден создать благоприятный инвестиционный климат. На протяжении многих лет он уделял этому вопросу личное внимание, в результате чего Руанда заняла достаточно высокие места в рейтингах по простоте открытия и осуществления бизнеса. По оценке международной НКО Транспэренси Интернешнл, Руанда занимает 48 место из 180 стран мира по уровню коррупции (для сравнения – Россия занимает 135 место, одна из наименее коррумпированных африканских стран Ботсвана – 34 место, а соседняя Уганда – 151-е место). Однако высокие рейтинги не должны вводить в заблуждение: местная экономика находится под полным контролем Кагаме и бизнесменов-членов RPF. Сколько-нибудь крупного независимого руандийского бизнеса нет, он так или иначе аффилирован с властью. Кагаме даже иногда называют СЕО (директором) компании «Rwanda Inc.». Это не мешает работе иностранных компаний, которые президент сам активно приглашает работать в Руанде.

President of Rwanda
Umushyikirano 2011 | 15-16 December 2011

President Kagame leading the discussions during the 9th National Dialogue at Parliament

Президент Кагаме модерирует дискуссию во время парламентской сессиии
Автор: Rwanda Government

В сентябре 2007 года Кагаме образовал Президентский совет, большинство членов которого представляли собой иностранцы, которые пользовались авторитетом на международной арене. Это было еще одним проявлением стратегии заведения «влиятельных друзей». С помощью них были созданы базы обучения молодых руандийцев за рубежом (США, Великобритания). Один из членов совета, выходец из Руанды, помог заключить многомиллионную сделку с канадскими и немецкими компаниями по развитию альтернативных источников энергии и борьбе с исчезновением лесов. Были сделаны инвестиции в банковский сектор. Один богатый инвестор, член Совета, заявил: «Лучшее, что мы можем сделать [для Руанды] – это не оказывать благотворительность, а относиться к ней как к нормальной экономике».

Таким образом, стратегия президента Кагаме была следующей – заводить богатых и могущественных друзей-бизнесменов, которые делали бы инвестиции, позволяющие строить современную конкурентоспособную экономику. Обучать молодое поколение будущих управленцев за границей. И избавиться от зависимости от иностранной помощи, которую сам Кагаме открыто называет инструментом влияния, а также «унижающим достоинство» нации.

Важно подчеркнуть, что, несмотря на все усилия, Руанда остается одной из беднейших стран не только Африки, но и всего мира, несмотря на все успехи роста ВВП. Прогресс в борьбе с бедностью характеризуется следующими цифрами: доля живущих за чертой бедности снизилась с 57% в 2005 году до 45% в 2010. Руанда по-прежнему сильно зависима от иностранной помощи. Ситуацию хорошо иллюстрирует тот факт, что когда некоторые страны-доноры сократили в 2013 году помощь из-за предполагаемой поддержки правительством Руанды мятежников в ДРК, знаменитый рост ВВП снизился до 4,7%. Президент Кагаме был крайне раздражен обвинениями, однако у него не было выбора: пришлось договариваться с конголезскими властями и выдавать им главаря мятежников.

Политический режим, который Кагаме установил в стране, нельзя характеризовать иначе, чем диктатура. Президент крайне нетерпим, не только к оппозиционерам, которых в стране почти не осталось, но даже к иному мнению в рамках своего кабинета. Стиль управления характеризуется полным и тотальным доминированием одного человека. На выборах президент не признаёт даже видимость конкуренции, получив на выборах 2010 и 2017 годов заоблачные проценты. Для переизбрания в 2017 года потребовались изменение законодательства, которое было без тени сомнений проведено. По результатам референдума 2015 года действующий президент был допущен к участию в выборах. Срок президентских полномочий сокращался с 7 до 5 лет, однако это изменение начинает действовать только со следующего президентского срока (с 2024 года), причём Кагаме имеет право быть избран ещё на 2 срока, то есть, до 2034 года.

President of Rwanda
RPF Presidential Campaign 2017 15Th July (Kicukiro District)

Documentary photographs at former ETO Kicukiro by Don Mugisha

Президентская избирательная кампания RPF, 15 июля 2017 года
Автор: Mugisha Don de Dieu

Когда один журналист пересказал Кагаме рассуждения руандийского министра юстиции, о том, что для президента было бы правильно уйти в отставку после 2017 года, чтобы соблюсти верховенство закона, Кагаме отреагировал: «А почему вы не сказали ему, чтобы он сам ушёл в отставку? Он все эти годы был [на своем министерском посту], и он не единственный, кто может быть министром юстиции».

Быть оппонентом президента опасно для жизни. В январе 2014 года Патрик Карегейя, бывший начальник службы безопасности и личный друг президента, ставший его врагом и бежавший в ЮАР, был найден убитым. Характерен комментарий руандийского министра иностранных дел: «этот человек объявил себя врагом моего правительства и моей страны, вы думаете, я сожалею [о его смерти]?». Сам Кагаме позволил себе такое высказывание: «Разве мы не должны были это сделать [даже если не делали]?». Пример Карегейи – всего один из длинного списка подозрительных убийств, пыток, арестов оппонентов режима.
В 2009 году французский суд обвинил Кагаме в организации убийства Хабьяриманы, однако, согласно выводам руандийских следователей, самолет президента был сбит экстремистами-хуту, которые хотели ускорить начало геноцида тутси.

Крайне противоречиво отношение стран запада к фигуре и деятельности Кагаме. В 1990-х годах он получал исключительно лестные отзывы от таких видных политиков, как Билл Клинтон и Тони Блэр. По мере того, как авторитарный вектор режима Кагаме становился всё более очевиден, западные политики стали относиться более осторожно к Руанде и её президенту. В 2013 году наступил кризис доверия, когда страна лишилась части иностранной помощи. Но всё равно, иностранная помощь по-прежнему очень значительна, так как экономическая модель и некоторые решения Кагаме очень хорошо вписываются в модные демократические тренды. К примеру, он запретил на территории страны использование пластиковых пакетов; большинство депутатов парламента страны – женщины (в процентном соотношении их больше, чем где бы то ни было в мире, включая скандинавские цитадели гендерного равноправия). Получается, что западный мир финансирует один из самых жестких диктатур, закрывая глаза на попрание институтов демократии.

На последних прошедших президентских выборах 2017 года Кагаме набрал более 98% голосов. Безмятежность совершенно предсказуемой избирательной кампании была нарушена, когда 36-летняя гражданская активистка и ярый критик президента, состоятельная бизнесвумен Диана Рвигара заявила о своем намерении участвовать в выборах. Она не была зарегистрирована избирательной комиссией под предлогом того, что предъявила фальшивые подписи избирателей в свою поддержку. А потом последовало возмездие: в сентябре Диана и её мать Анна Рвигара были заключены в тюрьму «за подделку документов и подстрекательство к мятежу». Пока они ожидают суда, налоговые органы предъявили их семейной компании претензии на 7 млн. долл. и распродают имущество для покрытия этой суммы. Повторяется история 2010 года: за попытку составить конкуренцию Кагаме лидер партии UDF Виктория Ингабире была арестована, ещё до выборов, и приговорена к 8 годам за подстрекательство к мятежу, отрицание геноцида (она посмела вспомнить об убитых в 1994 году хуту) и создание незаконного вооруженного формирования.

© В.Г. Кусов, оригинальный текст на основе перевода статей на русский язык (2018)


Хотите узнать больше?

Дидье Рацирака

Дидье Рацирака

Дидье Рацирака – «красный адмирал», пламенный марксист и руководитель крайне неэффективного социалистического режима, вернувшийся к власти в конце 1990-х и оставивший её только после гражданской войны.


Марк Равалуманана

Марк Равалуманана

Марк Равалуманана – богатый бизнесмен, обеспечивший Мадагаскару несколько лет успешного экономического развития. Придя к власти на волне уличных протестов, он растерял популярность своими коррупционными действиями и непопулярными решениями, и был, в конце концов, свергнут.

Жозе Мариу Ваз

Жозе Мариу Ваз

Жозе Мариу Ваз поддался соблазну интриги и вверг страну в длительный период политической нестабильности – как раз в то состояние, которое все надеялись избежать, когда избирали его президентом.

Уилл Рэндалл: Африка. Год в Ботсване

Уилл Рэндалл: Африка. Год в Ботсване

Простой британский учитель Уилл Рэндалл оказался на юге Африки, в Ботсване, где поступил волонтером в местную начальную школу. Целый год Рэндаллу предстоит провести в самом сердце национального заповедника, где он будет учить английскому языку и физкультуре чернокожих детей из окрестных деревень.


Африка под покровом обычая

Африка под покровом обычая

Автор книги много лет работал в странах Африки (к югу от Сахары) в качестве корреспондента ТАСС. Книга В.А. Корочанцева не беглые путевые заметки, а итог внимательных и долгих наблюдений за жизнью народов Камеруна, Верхней Вольты, берега слоновой кости и других стран.