Правители Африки: XXI век

2011- : Салва Киир

Президент Южного Судана с 9.VII.2011

Салва Киир
Полное имя Салва Киир Маярдит

Salva Kiir Mayardit

Родился 13.IX.1951, Акон, провинция Бар-эль-Газаль, Англо-Египетский Судан
Умер Нет
Президент с 9.VII.2011
Этнос Динка
Вероисповедание Христианин

Салва Киир – повстанец и правоверный христианин, первый президент нового государства, которому, однако, не удалось удержать Южный Судан от междоусобиц и превращения в failed state.

Киир родился в деревне Акон провинции Бар-эль-Газаль в 1951 году, которая в то время была (да и сейчас остаётся) затерянным в болотах краем, цивилизованным минимально. Невозможно что-то найти о Киире до момента вступления в ряды повстанцев Анья Нья, которые сопротивлялись арабизации и исламизации юга страны. В 1967-1972 Киир, как и его будущий шеф Джон Гаранг, сражался с войсками правительства Судана, а после заключения мирного соглашения вступил в ряды суданской армии. К 1983 году он дослужился до младшего офицерского чина военной контрразведки. Однако после возобновления противостояния севера и юга, как и Гаранг, он дезертировал из армии Судана, оказавшись у истоков самой крупной повстанческой группировки – Суданского народно-освободительного движения (SPLM).

Лидер движения Гаранг имел меньше опыта ведения реальных боевых действий, чем Киир и другие ветераны движения сопротивления. Поэтому непосредственное ведение боевых действий он делегировал другим, в том числе будущему президенту. Роль Киира в повстанческом движении поначалу была сугубо военной. Со временем Киир стал главой военного крыла SPLM и одним из ближайших сотрудников Гаранга, и его роль начала выходить за пределы только полевого командования: ему начали поручать какие-то невоенные миссии, в зону ответственности была включена служба безопасности. Мало-помалу Киир оказался «человеком №2» среди движения сопротивления.

При этом Киир сильно отличался от своего шефа Гаранга. Джон Гаранг был настоящим политиком, интеллектуалом, идеологом, был образован и имел степень PhD. Для него было характерно широкое видение проблем региона, он ратовал за «новый Судан», в котором юг займет достойное место в рамках единого государства. Картина мира Киира была более простой, он был солдатом, который хорошо знает своё дело, храбрым, умелым воякой, пользующимся безусловной поддержкой армии. Интеллектуалом он не был совсем и старался держаться на вторых ролях, осознавая превосходство более образованного и политически умелого Гаранга. Киир совсем не был политиком с точки зрения способности находить компромиссы, достигать соглашений, был склонен к простым, пусть и конфликтным, решениям. Это впоследствии аукнулось Южному Судану. Самое главное, что, в отличие от Гаранга, Киир видел цель борьбы в достижении полной независимости от Судана.

Так получилось, что два наиболее видных представителя повстанческого движения, Гаранг и Киир, представляли собой два противоположных подхода к разрешению проблемы Южного Судана. Гаранг осознавал, что Киир совершенно не так, как он, представляет себе перспективы развития Южного Судана, и предпринимал попытки заместить его человеком с более близкими взглядами. Однако безусловная поддержка Киира армией не позволяла ему избавиться от влиятельного подчинённого. В 2002 и 2004 году Гаранг пытался снять Киира с поста командующего силами повстанцев, обе попытки провалились, причем последняя почти вызвала вооруженный мятеж.

В январе 2005 года после напряженных переговоров повстанцы Южного Судана и центральное правительство подписали соглашение, которое, хотя бы формально, остановило вооруженное противостояние. Согласно плану, в последующий 6-летний переходный период повстанческая элита включалась в центральное правительство, Гаранг входил в него в качестве вице-президента Судана, а Киир занял пост вице-президента Южного Судана. Через 6 лет южносуданские власти получали право провести референдум о независимости. Возможно, когда Башир и Гаранг подписывали этот документ, такая возможность была скорее реверансом в сторону повстанцев, жаждущих независимости, чем реальный план действий. Известно, что Гаранг не хотел независимого государства, Башир, само собой, — тоже. Вполне возможно, что Гаранг по окончании переходного периода не стал бы инициировать референдум. Мы этого никогда не узнаем, потому что история пошла другим путём.

Джон Гаранг был приведен к присяге в качестве вице-президента единого государства Судан 9 июля 2005 года, но уже 30 июля он погиб при катастрофе вертолёта, возвращаясь из короткой поездки в Уганду. Обстоятельства гибели Гаранга служили и продолжают служить темой спекуляций. Как бы то ни было, Киир неожиданно для всех оказался во главе южносуданской администрации. Неожиданно для центрального правительства во главе Южного Судана встал человек, нацеленный на достижение полной независимости от Хартума.

Неискушённый в переговорах и политической игре, он сразу показал себя слабым политиком. Киир сразу и полностью провалил переговоры с центральным суданским правительством по поводу министерских кандидатур. Для представителей Южного Судана в центральном правительстве предназначалось определенное количество министерских портфелей, но Киир отдал их все «северянам». У него была своя логика: «не развязывать же войну из-за этого», аргументировал он. Возможно, так он демонстрировал своё отсутствие интереса к постам и должностям центрального правительства, показывал, что они не имеют для него значения. Был взят курс на независимое государство.

Киир всегда был сторонником провозглашения независимости и за время нахождения в должности вице-президента Судана (2005-2011) не пытался встроиться в систему суданской власти. Он сразу и недвусмысленно взял курс на достижение независимости Южного Судана. Широко известно его высказывание, сделанное в 2009 году, что «лучше быть свободным человеком в независимом государстве, чем гражданином второго сорта в своей собственной стране».

На первых порах Киира окружала команда прежнего президента, которую еще называли «парни Гаранга», однако постепенно вице-президент почти всех разогнал. Если Гаранг пытался создать интеллектуальное правительство, с участием представителей разных этнических групп Южного Судана, то Киир предпочел более однородное и послушное, более «простое» окружение. Его правительство не было правительством компромиссов. Принцип личной преданности был главным, поэтому в правительство были включены даже некоторые северосуданские политики. Увольнявшиеся «парни Гаранга» обвиняли Киира в коррупции и покровительстве своей народности динка.

В 2010 году на общесуданских выборах Киир с ошеломляющим результатом был избран президентом Южного Судана. В январе 2011 года, в соответствии с соглашениями 2005 года, был проведен референдум, на котором население решало государственное устройство. Почти 99% участников выбрали независимость от Судана, и 9 июля 2011 года на карте Африки появилось новое государство – Южный Судан.

Новое государство представляло собой то, чем было и раньше – слаборазвитой окраиной, страдающей от неразвитости инфраструктуры, с внутриплеменными конфликтами (в стране 64 народности, как-никак) и нерешенными территориальными спорами с Суданом – за богатую нефтью провинцию Абьеи и, с июня 2011 года, за провинции Южный Кордофан и Голубой Нил. Кроме того, на территории новой страны действовали различные вооруженные группировки, по разным причинам недовольные правительством, в их числе – группировка угандийского мятежника Джозефа Кони «Господняя армия сопротивления». Иными словами, в стране было, мягко говоря, неспокойно.

Решить территориальный спор с Суданом не удалось. Судан и сейчас удерживает богатые нефтеносные районы Абьеи, формально относящиеся к Южному Судану, и игнорирует результаты плебисцита 2013 года, на котором жители почти поголовно проголосовали за включение провинции в Южный Судан. Правительство Киира попыталось было разрешить спор с северным соседом с позиции силы. В январе 2012 года Южный Судан на 15 месяцев прекратил экспорт нефти, пытаясь надавить на Башира и попутно добиться более выгодных условий транспортировки. Это решение оказалось катастрофой для обеих стран, но в большей мере для Южного Судана, чей ВВП за 2012 год сократился на 48%. В начале 2013 года Южный Судан был вынужден прекратить бойкот и возобновил прокачку нефти, не решив поставленных задач.

Помимо войны с севером, в стране было много внутренних «долгоиграющих» конфликтов между племенами, длящихся годами. Они протекали в форме вооруженных набегов представителей одного народа на другой, когда одно племя убивало людей другого и угоняло скот. Урегулировать такие конфликты было невозможно, отчасти из-за того, что они составляли неотъемлемую часть сосуществования племен, а отчасти – потому что были непреодолимые идеологические препятствия, когда соперничающее племя было виновато «по умолчанию» (…они пьют нашу воду…. Их скот ест нашу траву – поэтому их скот принадлежит нам…).

Во время войны с суданским правительством эти межплеменные распри продолжали иметь место и даже подпитывались суданской политикой «разделяй и властвуй», когда Судан натравливал одни племена на другие. У Киира не было ни авторитета, ни возможностей, ни, возможно, реального стремления к их урегулированию, тем более что заключаемые перемирия оставались шаткими – до следующего угона скота. Он вообще мало был склонен к переговорам и урегулированию конфликтов, потому что так и остался, по сути, полевым командиром, и так и не смог подняться до уровня президента всего Южного Судана. Первый ясный сигнал слабости южносуданского правительства появился в декабре 2011 года, когда начавшаяся междоусобица между племенами мурле и нуэрами не нашла должного отклика у правительства. Возможно, у Киира не было инструментов как-то повлиять на конфликт. Неслучайно, чуть ли не главной стратегией новой власти по управлению Южным Суданом была попытка сократить количество «бродячих банд» в стране, инкорпорируя их в вооруженные силы и амнистируя главарей.

Проблема правительства, однако, была в том, что оно само весьма напоминало «группировку», пусть не по форме, но по мировоззрению. Киир, относящийся к народности динка, и его вице-президент Мачар, нуэр, представляли две самые крупные народности. Насколько можно понять, после получения Южным Суданом независимости эти два политика попытались создать коалицию, которая в итоге оказалась неработоспособной. Причины были финансовые, этнические, но, возможно, главным было личное противостояние амбиций. Риек Мачар, амбициозный и более образованный, чем президент, имел не меньше заслуг перед движением сопротивления. Формируя правительство с Кииром, он явно рассчитывал на свою долю власти и влияния, но, очевидно, остался неудовлетворён. Со временем Мачар стал проявлять президентские амбиции, пытаясь проявлять больше самостоятельности в решении вопросов. Киир начал воспринимать его как конкурента и захотел укрепить свои позиции в государственном аппарате. Личный конфликт имел даже более глубокие корни, потому что в группировку, подконтрольную Мачару, входили бойцы-нуэры, учинившие еще в 1991 году резню динка в городе Бор. Аналитики утверждают, что это далекое событие является чуть ли не главным в личных взаимоотношениях Киира и Мачара. Всё было сложно.

Итак, в конце 2012-2013 годах президент провел серьезные кадровые перестановки, точнее, «чистки» в силовых структурах, по результатам которых должностей лишились более 100 генералов. В июле 2013 года был отправлен в отставку сам Мачар, который заявил, что видит признаки наступающей «диктатуры». Почти сразу же он повторно озвучил свои намерения принять участие в президентских выборах, которые должны были состояться в сентябре 2015 года. В декабре 2013 Киир обвинил Мачара в подготовке государственного переворота, что, в конечном счете, послужило катализатором гражданской войны. Эта война продолжается до сих пор, превратив Южный Судан, который так и не получил шанса развиться в нормальное государство, в failed state. Жертвами войны стали около 300 тыс. человек, хотя точное число никто не знает. Стать беженцами были вынуждены более 2 млн. человек.

Гражданская война вовлекла Южный Судан в полный хаос. Обе стороны совершали насилие над мирным населением: так, начало конфликта ознаменовалось массовой резнёй нуэров в столице Джубе. Силы Мачара не остались в долгу, учинив в апреле 2014 года бойню в Бентиу. Такое бесконтрольное уничтожение людей, имевшее все признаки геноцида, продолжалось на протяжении 2014-2015 годов, и даже в 2016-м. Обе стороны практиковали самые отвратительные приёмы ведения войны, включая вербовку детей-солдат, превращение школ в военные объекты, искусственное создание голода на территории противника и т.д. Попытки достичь перемирия, предпринимавшиеся ООН, ни к чему не приводили, так как стороны были озлоблены, мира не хотел никто. Позднейшие расследования установили ответственность и Киира, и Мачара за творившиеся злодеяния, о которых они, по меньшей мере, знали.

В связи с тянущейся гражданской войной Киир организовал принятие парламентом документа, согласно которому президентские выборы, которые должны были состояться в 2015 году, были отложены на три года. Соответственно, мандат действующего президента был продлён до июля 2018 года.

Очередное мирное соглашение было достигнуто в августе 2015 года, согласно нему Мачар вновь получал пост вице-президента. Тем не менее, всем было понятно, что это только передышка перед новой войной, так как даже на церемонии примирения было заметно, насколько оно лицемерное. Стороны уже тогда публично сомневались, насколько оппоненты готовы к миру. Киир, тем временем, укреплял свои позиции. В канун нового 2016 года президент объявил о создании в Южном Судане 28 регионов вместо 10, благодаря чему динка получили контроль над некоторыми стратегическими районами. Все приведенные к присяге губернаторы были лояльны лично президенту. Позднее, в 2017 году, было создано еще 4 региона.

В июле 2016 года гражданская война разгорелась с новой силой. Еще в период предыдущего противостояния Мачару удалось наладить контакты с суданским правительством, которое стало снабжать его оружием. Можно предположить, что в этот раз Киир решил превентивным ударом избавиться от опасного заместителя, так как, по всей видимости, нападающей стороной был президент. Мачар бежал из страны, однако столкновения продолжались и далее, — продолжаются по сей день. Фактически как единое государство Южный Судан не существует.

12 июля 2018 года парламент Южного Судана принял закон, продляющий полномочия президента Киира ещё на 3 года – до июля 2021 года. Это всё происходило посреди мирных переговоров с оппозицией, которая справедливо расценила это действие как проявление лицемерия режима, который не собирается идти на компромиссы. Повстанцы также отказались от поста вице-президента для Мачара, объяснив это тем, что Киир не собирается делиться с ним реальной властью.

Экономическое положение Южного Судана, и раньше незавидное, становится еще более плачевным, с момента начала падения нефтяных цен в 2014 году. Нельзя забывать, что Южный Судан – самое нефтезависимое государство в мире, получающее 95% налоговых сборов именно с добычи нефти. Военные столкновения вызывали всплеск инфляции, прекращение добычи нефти и неминуемое падение ВВП – в неспокойном 2016 году он упал на 13%.

Хотя в декабре 2016 года президент Киир провозгласил начало Национального диалога со всеми политическими силами ради достижения мира и стабильности, вооруженная оппозиция фактически отвергла предложения президента. Мачар, находящийся в ЮАР, не стал встречаться с представителями Киира, а его сторонники призвали беженцев, находящихся в лагерях Уганды, Эфиопии, Судана и Кении не участвовать в «диалоге». Оппозиционеры воспринимают «диалог» как уловку Киира, который таким способом старается избавиться от участия в конфликте международных посредников.

Финансовый интерес основных участников борьбы за власть в Южном Судане очевиден. Состояние перманентной войны, с её неразберихой, безнаказанностью и беззаконием оказывается выгодным для верхушки – как для президентской команды, так и для «оппозиции». В 2016 году были опубликованы результаты расследования финансового положения южносуданских политиков и генералов, в том числе Киира, Мачара и других крупных функционеров как с одной, так и с другой части политического спектра. Судя по проведенному расследованию, верхушка южносуданской элиты (не только президент, но и бывший вице-президент, и ряд генералов) значительно обогатилась за последние годы. Образ жизни, который ведут они и их семьи, невозможен без нелегальных доходов. Известно, что иностранные компании, которые хотя иметь какой-то бизнес в Южном Судане, вынуждены делать прямые переводы на личные банковские счета генералов и чиновников. Целый сонм юристов работает над легализацией доходов и покупки иностранной недвижимости в интересах южносуданской элиты. Были обнародованы свидетельства регистрации собственности на очень юных детей Киира, которые официально владеют долями в различных строительных, девелоперских, добывающих компаниях. Пикантная подробность: на удостоверениях личности в графе «должность» указано «сын президента».

Многие представители элиты Южного Судана обосновались в престижном пригороде кенийского Найроби, где владеют роскошными виллами – интересно, что владения Киира и Мачара находятся не слишком далеко друг от друга. В одном из писем Киира, которое было перехвачено и опубликовано, сам президент оценивает общий объем «освоенных» и выведенных из Южного Судана средств (как его администрацией, так и конкурирующей группировкой) в 4 млрд. долл.

 

© В.Г. Кусов, оригинальный текст на основе перевода статей на русский язык (2017)


Хотите узнать больше?

Майкл Сата

Майкл Сата

Майкл Сата – оппозиционер, популист, демагог, «король-кобра», который загипнотизировал нацию.


Эдгар Лунгу

Эдгар Лунгу

Эдгар Лунгу – юрист и авторитарный президент периода экономического спада в стране.

Малам Бакаи Санья

Малам Бакаи Санья

Малам Бакаи Санья – президент Гвинеи-Бисау, которому удалось выстроить один из наиболее стабильных режимов в стране за последние 20 лет, хотя солдатские мятежи, политические убийства и наркотрафик никуда не делись и в эти годы.

Пандора в Конго

Пандора в Конго

Эта книга переведена на десятки языков и упрочила славу Альберта Санчеса Пиньоля (р. 1965), каталонского ученого-антрополога, члена Ассоциации исследователей Африки, которому мировую известность принес его дебютный роман «Холодная кожа».


История глазами Крокодила. ХХ век. Выпуск 3. 1957-1979 гг. Комплект из 3-х книг

История глазами Крокодила

«История глазами Крокодила. ХХ век» — это серия книг, где все события прошедшего столетия описаны с помощью карикатур и фельетонов из главного советского сатирического журнала «Крокодил».